Поиск

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Для семьи словно клад трубоклад.

Борисовцы – народ предприимчивый и мобильный. Слобода Борисовка издревле славилась своими кустарными промыслами – кожевенным, сапожным, овчинным, гончарным, иконописным, столярным, кузнечным и другими. В книге «История Борисовского края», изданной в 2008 году, говорится: «В 1904 году … в самой Борисовке имелось 3180 кустарей семнадцати основных специальностей». А всего кустарных и ремесленных специальностей здесь насчитывалось более 50.

Изделия борисовцев распространялись по всей России.

Что касается мобильности борисовцев, то в поисках счастливой доли они уезжали за тридевять земель. Село Красный Куток когда-то основали переселенцы из Украины, так называемые черкасы. Но и в этом красивом селе им не сиделось – они не стали работать в местном совхозе, не пожелали создавать колхоз, а ездили в Харьков и трудились там, в основном на железной дороге и связанных с нею предприятиях.

Жители соседнего села – Октябрьской Готни (по крайней мере, его мужская половина) с развитием капитализма в России тоже уезжали из родного дома в самые отдалённые края, поскольку освоили (а по преданиям – даже основали) очень востребованную тогда профессию трубокладов – то есть людей, строящих высоченные, невиданные прежде кирпичные промышленные дымовые трубы, на которые снизу посмотреть страшно, не то что сложить такую до самого верха. И постоянно совершенствовались в этой профессии. Ежегодно они покидали родное село, разъезжаясь на нелёгкие, опасные, но высокооплачиваемые заработки по всей России, а потом и Советскому Союзу и даже дальнему зарубежью, к примеру, в Индию, где возводили трубы Бхилайского металлургического комбината. Причём уезжали на многие месяцы, проводя их вне дома и семьи.

Сегодня невозможно назвать имена первопроходцев профессии, затерянные в истории, но трубокладов последних трёх поколений здесь помнят и почитают очень высоко. Это Грицковы, Черныхи, Фоменко, Усиковы и другие.

Всех не перечислить, потому что, по подсчётам потомственного трубоклада И. И. Черных и его земляков, в 95 из 167 домов, имеющихся в Октябрьской Готне, проживали или живут сегодня трубоклады и их потомки. А ведущий специалист администрации Готнянско-Октябрьского сельского поселения Т. И. Новикова рассказала о том, что на их улице, носящей имя земляка – Героя Советского Союза Н. П. Евсюкова и состоящей из 48 домов, на строительстве труб погибли четыре человека, в том числе и её свёкор Дмитрий Илларионович Новиков. Он спас жизни молодым, менее опытным рабочим, и сам начал обследовать одну из аварийных труб в Донбассе, в результате чего разбился.

Так что профессия трубокладов-высотников не только трудна, но и опасна, несмотря на хорошие заработки – большие деньги в любом деле связаны с риском для жизни.

Советское государство не только материально оценивало и поддерживало трубокладов, но и награждало их очень достойно – орденом Ленина.

Уникальные села есть на нашей Белгородчине! Я, к примеру, не знаю ещё одного такого села, как ракитянская Бобрава, давшая Родине в годы Великой Отечественной войны четырёх Героев Советского Союза.

А борисовская Октябрьская Готня, кроме Героя Советского Союза Н. П. Евсюкова, родила и вырастила трёх кавалеров ордена Ленина – трубокладов Якова Афанасьевича Говорищева, Николая Дмитриевича Струкова и Михаила Ивановича Черных – деда Ивана Ивановича Черных, о семье которого мы сегодня рассказываем. Он трубоклад в третьем поколении.

Вот что говорит о своих родственниках и о себе мать Ивана Ивановича Зинаида Михайловна.

– Мой отец Михаил Иванович Черных и мой свёкор Яков Андреевич Черных были трубокладами. Три сына свёкра – мой муж Иван, Анатолий и Николай – тоже. А все невестки работали мотористами, в том числе и я. С помощью лебёдки мы подавали наверх кирпичи, раствор и все необходимое для строительства трубы. Моя сестра работала на самой трубе каменщицей, а мать выполняла черновую кладку внутри трубы. В 60-е годы мы с мужем работали в Челябинской области в городе Чебаркуль, где строился металлургический комбинат. Мы построили там 100-метровую кирпичную трубу. В Москве была организация «Теплострой», которая рассылала трубокладов по всему Советскому Союзу. Она направила нас в Белоруссию, где мы работали несколько лет на строительстве труб в разных городах. Вместе с отцом трудились наши сыновья Саша и Ваня, которых он приохотил к своему мастерству.

Так что в семье Ивана Ивановича и в роду Черных вообще много трубокладов. И не только в мужской половине рода, но и в женской.

– Никогда не думал, что стану трубокладом, – говорит Иван Иванович, – с детства боялся высоты и помогал отцу сначала внизу – был мотористом. Отец, бывало, строил трубу и постоянно подшучивал, говоря: «Не бойся, вверх не полетишь!».

Научившись работать мотористом внизу, Иван решил залезть повыше во время ремонта 60-метровой трубы. Но на десятиметровой высоте у него закружилась голова. Несмотря на такую слабость, он увлёкся отцовским делом и решил осваивать его основательно, а значит, подниматься все выше и выше. В конце концов парень переборол свою боязнь и смело смотрел на землю с любой высоты. Впрочем, смотреть на неё некогда – надо работать, наращивая трубу метр за метром. Так что любой страх можно победить, к любой работе можно привыкнуть. И даже посвятить ей всю свою жизнь, как делает это сегодня сам Иван Иванович и его товарищи по созданному им в Борисовке ООО «Трубострой», в котором трудятся до 15 трубокладов и огнеупорщиков. В Октябрьской Готне живут не только трубоклады, но и огнеупорщики, делающие кладку из огнеупорного кирпича.

– К сожалению, – говорит Иван Иванович, – трубоклады сегодня востребованы мало – новые промышленные предприятия не появляются, новые кирпичные дымовые трубы не строятся. Потому трубоклады или ремонтируют старые трубы, или вообще ломают их, как было это недавно на бывшем Ракитянском сахарном заводе, где мы развалили три кирпичные трубы. А вот огнеупорщики пока работой обеспечены. Они делают известково-газовые печи, обмуровывают паровые котлы, топки жомосушильных барабанов и другое. Мы работали на Оскольском электрометаллургическом комбинате, Михайловском ГОКе – фабрике окомкования, в Татарстане, Краснодарском крае, Воронежской, Липецкой, Пензенской и других областях, где ремонтировали трубы. А последнюю новую кирпичную промышленную дымовую трубу мы строили 18 лет назад в Белоруссии на котельной в Могилеве. Так что профессия трубоклада, похоже, умирает, становится никому не нужной.

Об этом же с горечью говорил нам и потомственный трубоклад из Октябрьской Готни Дмитрий Иосифович Косых.

– Когда-то это была самая нужная профессия – все заводы и фабрики строили кирпичные дымовые трубы. Чем больше развивалась промышленность, тем востребованнее становились трубоклады в Советском Союзе. Ведь совсем не случайно, что большая часть жителей нашего села приобретала профессии трубоклада и огне­упорщика, передаваемые по наследству. И сегодня легче сказать, где не работали мои земляки, чем назвать все места их работы. Лично я работал в Мариуполе на заводе «Азовсталь», на Криворожском металлургическом комбинате, Днепропетровском металлургическом заводе… Но я уже занимался ремонтом труб на этих предприятиях, а не их строительством. По тем временам трубоклады получали очень большие деньги – по 400–600 рублей в месяц. Сегодня умирает промышленность, умирает и профессия трубоклада…

Не хочется завершать рассказ о тяжёлой и опасной профессии трубоклада на пессимистической ноте, не хочется верить в то, что она умрёт навсегда в Октябрьской Готне и стране в целом. Будем надеяться на лучшее.

 Автор: В. КИЗИЛОВ, соб. корр. «Белгородской правды». Борисовский район

Дата материала: 30.04.2011 № 060

http://www.belpravda.ru/?q=node/710